ЯДЕРНОЕ ЛЕТО

НА ДОЛГИЕ ГОДЫ ЯПОНИЯ СТАЛА ОДНОЙ ИЗ САМЫХ МИРОЛЮБИВЫХ СТРАН МИРА

Это должны были быть Хиросима и Кокура. Американцы долго выбирали цели для ядерного удара по Японии. В предварительном списке фигурировал даже Киото с его многочисленными памятниками, но в итоге США решили проявить уважение к японской культуре. Судьбу бывшей императорской столицы определила сентиментальность — один из чиновников, ответственный за выбор цели, когда-то провел свой медовый месяц в Киото.

В Кокуре же не было достопримечательностей, зато находился арсенал японских вооруженных сил. Именно по направлению к этому городу утром 9 августа 1945 направился бомбардировщик B-29 с «Толстяком» (кодовое название атомной бомбы) на борту. 9 августа должно было стать днем смерти для большинства жителей Кокуры, но вместо этого стало вторым днем рожденья. Над Кокурой в тот день было облачно, поэтому, прокружив два часа над городом и истратив почти весь запас горючего, самолет взял курс на Нагасаки. Здесь тоже было пасмурно, но в 11.01 утра пилот увидел через просвет в облаках цель.

Атомные бомбардировки Хиросимы и Нагасаки. Из архива "Труда"

Как только самолеты показались на горизонте, в городе была объявлена тревога. Однако, убедившись, что в небе всего несколько самолетов, тревогу отменили, решив, что это лишь разведка. Но уже в 8 часов 15 минут бомбардировщик Enola Gay под командованием полковника Пола Тиббетса сбросил на парашюте атомную бомбу Little Boy («Малыш») эквивалентом от 13 до 18 килотонн тротила, которая в один миг разрушила до основания 60% города. Бомба разорвалась на высоте 550 метров от земли, образовав при этом невиданный до тех пор гриб. Невероятная взрывная волна уничтожала и сжигала все на своем пути. Здания в радиусе 2 километров от эпицентра взрыва были полностью разрушены, а в радиусе 12 километров подверглись более или менее значительным разрушениям. Люди сгорали заживо или получали сильнейшие ожоги в пределах 8,6 километра, деревья и трава обуглились на расстоянии до 4 километров. По данным штаба американской оккупационной армии, опубликованным в феврале 1946 года, во время бомбардировки из 306 545 жителей пострадало 176 987 человек, погибло и пропало без вести 92 133 человека, получили тяжелые ранения 9428 человек, а легкие — 27 997. Однако бытует мнение, что для того, чтобы уменьшить свою ответственность, США уменьшили количество жертв. По другим данным, к концу 1945 года общее количество погибших составило примерно 166 тысяч человек. А по истечении 5 лет это число возросло до 200 тысяч.

Yosuke Yamahata Photographing the Bomb, A Memo (1952)

Seven years have passed since the end of the war, and I am deeply moved to have the opportunity to present this archive to the public, and to recall the occasion on which I took these photographs. 

Many articles have been published, both from the point of view of experts and that of victims, about the military capabilities of the bomb and the tragic damage it inflicted. I don't consider it my place to speak about those issues. Rather, I feel it is my duty to allow viewers to judge with absolute freedom the data so starkly recorded by the camera. 

It may be useful in contemplating this archive to know the reason I took these photographs and the thoughts I had in mind as I took them, so I shall describe these facts along with the circumstances of the time as accurately as I remember. 

Фотографируя последствия бомбардировки: воспоминание (1952)

Ёсукэ Ямахата 

Семь лет миновало с окончания войны, и я глубоко тронут тем, что имею возможность представить этот архив публике и напомнить причину, по которой я сделал эти снимки.

Было опубликовано много статей, как с точки зрения экспертов, так и жертв, о военных возможностях бомбы и о вызываемых ею трагических разрушениях. Я полагаю, не моя обязанность говорить на эти темы. Скорее, я чувствую, что мой долг — позволить зрителям с абсолютной свободой судить о фактах, так ярко зафиксированных камерой.

Возможно, раздумывая над этим архивом, полезно знать причину, по которой я сделал эти фотографии и мысли, которые были у меня на уме, когда я их делал, поэтому я опишу эти факты вместе с обстоятельствами времени так точно, как помню.

Атомная бомбардировка Хиросимы и Нагасаки

Хиросима расположена на западе крупнейшего японского острова Хонсю и является административным центром префектуры Хиросима. Название города переводится как «широкий остров». К моменту атомной бомбардировки площадь города Хиросимы составляла около 26 кв. миль, из них только 7 были полностью застроены. Там не было явно выделенных коммерческих, промышленных и жилых кварталов. 75% населения проживало в плотно застроенном районе в центре города. Единственный холм в восточной части города около полумили в длину и 221 фут в высоту до некоторой степени препятствовал распространению разрушений, остальной город был полностью незащищен от бомбы.

 Также Хиросима имела важное военное значение. В ней располагался штаб 2-й армии, занимавшейся обороной всей южной Японии. Город был узлом связи, перевалочным и сборным пунктом для войск.

 Уже весной 1945 г. изыскательская группа Манхэттенского проекта получила задание выбрать объект для первого применения атомной бомбы. В группу входили математики, физики-теоретики, специалисты-взрывники и метеорологи. Эта группа, составленная главным образом из ученых, включая Роберта Оппенгеймера, пришла к выводу о том, что объект для бомбы такого небывалого типа должен удовлетворять следующим условиям: 

Харуки Мураками: Японцы забыли уроки Хиросимы и Нагасаки

БАРСЕЛОНА, 10 июня. Самый известный в мире современный японский писатель Харуки Мураками считает, что авария на АЭС "Фукусима-1" стала следствием коллективной ошибки его соотечественников, забывших о Хиросиме и Нагасаки в погоне за "эффективностью и удобством". Он заявил об этом в Барселоне на церемонии вручения Международной премии Каталонии, которой наградило его правительство этой автономной испанской провинции, передает ИТАР-ТАСС.

"После Хиросимы и Нагасаки, — сказал писатель, — мы должны были постоянно говорить "нет" ядерной энергии. Однако мы своими руками повторили ошибку". 

Роберт Юнг. Ярче тысячи солнц. [7-8]

Глава 7

Лаборатории превращаются в казармы

(1942–1945)

Кажется парадоксальным, что немецкие физики-атомники, живя в условиях свирепой диктатуры, старались не допустить создания атомных бомб, в то время как их коллеги в демократических странах, не подвергавшиеся никакому давлению сверху, за очень небольшими исключениями, сосредоточили всю свою энергию на производстве этого оружия.

Пятнадцать лет спустя немецкие ученые пытались объяснить такое положение.

Один из них в своей речи говорил: «Мы, естественно, не были ни морально, ни интеллектуально лучше своих иностранных коллег. Но к началу войны у нас уже был горький опыт почти семилетнего пребывания под властью Гитлера, и уже одно это порождало в нас подозрительность и сдержанность по отношению к государству и его исполнительным органам. А наши коллеги в других странах в то же самое время могли полностью рассчитывать на порядочность и справедливость своих правительств». Тут оратор на мгновение запнулся и затем добавил: «Я сомневаюсь, между прочим, в том, что точно такая же обстановка преобладает в этих странах сегодня».